24 сентября память преподобного Силуана Афонского.

24 сентября память преподобного Силуана Афонского.
Жизнь преподобного Старца немного была связана с нашим городом.
ВОЕННАЯ СЛУЖБА В САНКТ- ПЕТЕРБУРГЕ
Пять лет провел рядовой лейб-гвардии Саперного батальона Семён Антонов на военной службе. Так как об этом времени жизни преподобного Силуана известно немногое, мы обратились к историческим источникам, способным дать представление о том, как протекало воинское служение будущего старца.
Когда Семёну ( так звали преподобного Силуана в миру) исполнился двадцать один год от роду, в обычном в дореволюционной России для военного призыва возрасте он был командирован в лейб-гвардии Саперный батальон в Санкт-Петербург.
Можно предположить, что, движимый уже в это время стремлением к монашеству, Семён Антонов посещал Александро-Невскую Лавру, Преображенский собор, который находился поблизости от его казармы, Исаакиевсий и Казанский соборы, а также другие храмы. Солдат отпускали в увольнительные, но вот что показательно: от своих товарищей будущий подвижник старался не отдаляться, хотя подчас ему наверняка и не близко было их времяпровождение. Вот что со слов старца Силуана рассказал схиархимандрит Софроний (Сахаров): «Однажды под праздник с тремя гвардейцами того же батальона он отправился в город. Зашли они в большой столичный трактир, где было много света и громко играла музыка: заказали ужин с водкой и весело беседовали. Семён больше молчал. Один из них спросил его: — Семён, ты все молчишь; о чем ты думаешь? —Я думаю: сидим мы сейчас в трактире, едим, пьем водку, слушаем музыку и веселимся, а на Афоне теперь творят бдение и всю ночь будут молиться, так вот — кто же из нас на Страшном Суде даст лучший ответ, они или мы? Тогда другой сказал: — Какой человек Семён! Мы слушаем музыку и веселимся, а он умом на Афоне и на Страшном Суде».
Окончив свою службу в гвардии, незадолго до разъезда солдат его возраста по домам, Семён вместе с ротным писарем поехал к святому праведному Иоанну Кронштадтскому — просить его молитв и благословения. В отличие от тогдашней интеллигенции, которая в массе своей не замечала отца Иоанна, избегала его и даже клеветала на него, для многих простых людей, каким был и Семён, святость кронштадтского чудотворца и сила его молитв были несомненны. Как пишет преподобный Силуан, он видел отца Иоанна молящимся, и это произвело на него неизгладимое впечатление: «Отца Иоанна я видел в Кронштадте. Он служил Литургию. Я удивился силе его молитвы. И доселе, а прошло почти сорок лет, не видел я, чтобы кто служил так, как он».
Но когда Семён пришел к святому праведному Иоанну после службы, то не застал его. И вот, в то время как его товарищ стал красивым почерком пространно излагать свою просьбу, Семён написал лишь несколько слов: «Батюшка, хочу пойти в монахи; помолитесь, чтобы мир меня не задержал». Далее, пишет схиархимандрит Софроний, «возвратились они в Петербург в казармы, и, по словам старца, уже на следующий день он почувствовал, что кругом его “гудит адское пламя”». Ненадолго заехав домой в Шовское и собрав все необходимое, он уехал на Афон. «Но с того дня, как помолился о нем отец Иоанн, “адское пламя гудело” вокруг него не переставая, где бы он ни был» — и по дороге, и на самом Афоне. «Адское пламя» уберегало молодого подвижника от всех искушений, могущих ослабить его волю стать монахом. Оно давало реальный опыт стояния на Страшном Суде Господнем. В «Записках» преподобного Силуана, написанных уже в конце жизни, мы находим неоднократное упоминание имени святого праведного Иоанна, бывшего для него тем примером для подражания, той путеводной звездой, на которую он ориентировался.
Преподобному Силуану молятся о даровании смирения и любви ко всем людям, при одержимости блудом, пьянством, гневливости, о помощи в иноческом делании, о просвещении народов светом истинной веры.